Новости иммиграционной политики

Когда два десятилетия тому назад в ЕС вступили Испания и Португалия, поток имиграции в другие страны Союза был сокращен благодаря потому, что богатый имигрантив из этих стран переехали в страны ЕС в шестидесятые годы, когда Европа переживала бум активности. Однако имиграции из стран Восточной Европы все эти годы не было через наличие «железного занавеса». На сегодня разрыл в прибыли между восточноевропейскими и западноевропейскими странами втрое превышает разницу, которая была между Испанией, Португалией и остальной Европой. По оценкам экспертов, ожидается притик около 2,5-3,3 миллионов имигрантив в Западную Европу на протяжении 15 годов после расширения ЕС.

В принципе, при резвом рынке труда миграция приводит к позитивным социальным последствиям для всех стран. «Страны-эмигранты» имеют выгоду от того, что их граждане, за исключением маргиналов, получают такую заработную плату в Западной Европе, которая может с избытком компенсировать потерю прибавленного национального продукта, а также субъективную и объективную стоимость эмиграции. Страны, которые принимают имигрантив, извлекают выгоду от того, что все, за исключением маргинальных имигрантив, производят больше прибавленного продукта, чем они получают в виде заработной платы. Потеря прибыли низькоквалификованим персоналом будет компенсироваться преимуществами, которые получат землевладельцы, предприниматели и владельцы капитала, а также «белые воротнички».

К сожалению, сегодня рынок труда в ЕС не мобилен и не может дать такие позитивные результаты. Если краини-имигранти, как свидетельствует пример Западной Европы, страдают от хронической безработицы через имеющийся высокий и стабильный уровень заработной платы, то имигранти, которые находят работу, просто вытесняют жителей этих стран. В этом случае имиграция приведет к социальным потерям. Имигранти выигрывают. А также их семьи, которые остались дома и получают денежные переводы. Однако имигранти не производят прибавленный продукт в тех странах, куда они переезжают, но, напротив, возникают дополнительные расходы на миграцию, а их взноса в прибавленный внутренний продукт нет.

ЕС хочет решить эту проблему путем ограничения миграции на протяжении 7 годов переходного периода. Такое решение не является оптимальным. Лучшим решением было бы сделать западный рынок труда мобильным, создав систему общих переговоров о размере заработной платы, сняв ограничение на рынке труда и реформировав социальную политику.

Если рынок труда заменит социальные программы, размер заработный платы станет более изменчивым, это позволит рынку труда в ЕС поглотить имигрантив более эффективно. Но даже при таком расписании, социальные программы могут быть дополнительным поводом для имиграции.

Если вместе с заработной платой имигранти будут получать социальные льготы, это дополнительно привлечет больше рабочей силы, чем необходимо, а содержание маргинальных имигрантив повлечет дополнительные потери для ЕС, которые равняются извлеченным выгодам. Ввиду того, что имигранти обычно приезжают в страны, где ресурсы перераспределяются от прибылей выше среднего к прибылям ниже среднего, получение вигид от имиграции возможно, даже если имигранти работают и платят налоги и социальное страхование. Согласно с оценками института ИФО, один средний имигрант, который приезжает в Германию, получает чистую прибыль в 2,300 евро после уплаты налогов и выплат за социальным страхованием, получения дотаций и общественных благ.

Решить эту проблему можно в способ, который предложил Научный консалтинговый комитет при немецком федеральном министерстве финансов, - отложить включение имигрантив в социальную систему принимающей страны на несколько лет для проведения реформ. Имигранти могли бы приезжать и работать, платить налоги и социальное страхование, получать свободный доступ к общественным благам страны. Они также могли бы получать полный пакет - социальные дотации, которые финансируются государством.

Однако им не предоставлялись бы социальные выгоды, оплачиваемые государством из собранных налогов. Временными исключениями стали бы дополнительная социальная поддержка, жилищные льготы и перенесения семейных льгот на детей, которые живут в своих странах. Эти исключения должны быть обусловлены каждой страной таким образом, чтобы чистая стоимость всех общественных благ, которыми пользуются имигранти, равнялась нулю после вычета налогов и выплат.

Политикам и юристам может не понравиться такое решение, поскольку оно ставит под сомнение принципы ЕС относительно включения в социальные программы работников и больше напоминает сегодняшнюю систему, применяемую к тем гражданам ЕС, которые проживают в других странах, но там не работают. Вместо этого, бюрократам больше припала бы по душе система квот, когда бы имигрантив выбирали они сами, а не рынок.

Такая система формально лучше совмещалась бы с идеей включения в социальную инфраструктуру, однако она нарушает основное право на свободу передвижения, зафиксированное в Римском соглашении. Только те люди, которых бюрократы считают достойными, будут полностью интегрированы, а остальные желающие приехать столкнутся с дискриминацией, поскольку им будет отказано во въезде.

Политика частичного включения является лучше, чем система квот, не только в связи с Римским договором, но и с точки зрения экономики. Она дает возможность самонастройки и отбирания потока имигрантив, давая лучшие результаты, чем даже очень доброжелательно настроен бюрократ. Более того, такая политика облегчит налоговый груз на налогоплательщиков принимающих стран, предотвращая распад существующей в Западной Европе социальной системы, который может начаться с целью противостояния дорогой имиграции.

Частичная имиграция больше, чем переходный период или квоты, является решением, ориентированным на рынок, который даст возможность сохранить государства общего благосостояния и позволит им развиваться в полной мере.